Авторское право и налог на добавленную стоимость :
Комментарий к Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 28 марта 2000 года № 5-П.

Комментируемое Постановление Конституционного Суда Российской Федерации “По делу о проверке конституционности подпункта “к” пункта 1 статьи 5 Закона Российской Федерации “О налоге на добавленную стоимость” в связи с жалобой закрытого акционерного общества “Конфетти” и гражданки И. В. Савченко” от 28 марта 2000 года №5-П (СЗ РФ, 2000 г., №14, ст.1533) было впервые опубликовано 3 апреля 2000 года в “Собрании Законодательств РФ”, 27 апреля 2000 года это Постановление было опубликовано и в “Российской газете”.

Указанное Постановление имеет большое практическое значение для организаций, которые осуществляют покупку и продажу авторских прав, то есть заключают авторские договоры того или иного типа.

Оборотоспособность авторских прав

Как известно, авторское право, принадлежащее первоначально автору произведения, состоит из двух частей: 1) личные неимущественные права (право считаться автором, право на имя, право на опубликование произведения и др.) и 2) имущественные авторские права (право на воспроизведение, право на распространение экземпляров произведения, право на публичное исполнение, право на передачу в эфир, право на сообщение для всеобщего сведения по кабелю и др.).

Личные неимущественные права сохраняются за автором во всех случаях — даже если он уступил исключительное право на использование произведения другому лицу. Поэтому говорят, что личные неимущественные авторские права необоротоспособны, они не могут участвовать в гражданском обороте.

Иначе обстоят дела с имущественные авторскими правами: они могут принадлежать другим лицам.

Имущественные авторские права могут принадлежать не авторам, а иным лицам — гражданам или организациям (то есть физическим и юридическим лицам), если эти права к указанным лицам перешли в силу закона или переданы им по договорам. Переход имущественных авторских прав в силу закона прямо предусмотрен в нескольких случаях в законе “Об авторском праве и смежных правах”: переход к изготовителю аудиовизуального произведения имущественных прав на аудиовизуальное произведение (ст. 13 Закона), переход к работодателю имущественных прав на служебное произведение (ст. 14 Закона).

Передача авторских прав по договору указана в статьях 30-34 и 45 Закона. Кроме того, авторские права могут перейти к другим лицам в порядке наследования (ст. 29 Закона).

Во всех этих случаях эти лица (не авторы!) становятся обладателями (владельцами) определенных имущественных прав. При этом характер и объем принадлежащих им имущественных авторских прав может быть разным: это могут быть исключительные права или неисключительные права (об этих понятиях см. статью 30 закона об авторском праве), это может быть какое-либо одно имущественное право (право на передачу в эфир) или даже часть его (право на однократный телевизионный показ), либо все имущественные права (например, “все имущественные права, указанные в пункте 2 статьи 16 закона об авторском праве”).

Срок, в течение которого это лицо (не автор), будет владеть полученными или перешедшими к нему имущественными авторскими правами, может быть различным: иногда — кратким (2-6 месяцев), иногда — длительным (может быть заключен договор на “весь срок действия авторских прав”).

Все указанные выше обстоятельства — характер, объем, срок принадлежности прав — не имеют значения для признания того или иного лица обладателем имущественных авторских прав, если это лицо может использовать авторское произведение на данном основании (О понятии “использования” см. пункт 2 статьи 16 закона об авторском праве).

Обладателем авторских прав, таким образом, является газета, журнал, радиостанция, телевизионная станция и другие законные пользователи охраняемых авторским правом произведений.

В свою очередь от обладателя авторского права (не автора) имущественное авторское право может перейти по закону или быть передано по договору другому лицу, которое тоже будет являться обладателем (владельцем) авторских прав. Это происходит довольно часто. Например, юридическое лицо может быть реорганизовано или ликвидировано; тогда принадлежащие ему авторские права переходят к новому юридическому лицу или к учредителям (участникам) прежнего юридического лица. Но наиболее часто дальнейшая переуступка авторских прав осуществляется по договору: журнал передает авторские права организации, которая выпускает информацию в машиночитаемой форме; организация, создавшая телевизионную программу, продает эту программу телевещателю и т.п.

Во многих случаях имеют место “цепочки” таких договоров, в которых участвуют три, четыре и большее число организаций. Поскольку объектом всех таких договоров являются авторские права на произведения, все эти договоры считаются авторскими. (Конечно, дальнейшая переуступка прав, полученных по авторскому договору, может осуществляться лишь в том случае, если она прямо предусмотрена в первоначальном договоре — см. по этому вопросу пункт 4 статьи 31 Закона об авторском праве).

Имущественные авторские права уступаются и переуступаются по договорам обычно не безвозмездно, а за плату. Значит, при этом имеют место денежные обороты. А денежные обороты являются объектом налогообложения. Далее мы переходим к рассмотрению налоговых вопросов, то есть вступаем в сферу налогового права.

Налог на добавленную стоимость

Закон РФ “О налоге на добавленную стоимость” от 6 декабря 1991 года (действует с последующими изменениями) предусматривает форму изъятия в бюджет части добавленной стоимости, создаваемой на всех стадиях производства. Добавленная стоимость — это стоимость реализованных товаров, работ и услуг за минусом стоимости материальных затрат, отнесенных (по закону!) на издержки производства. При этом объектами налогообложения являются обороты по реализации на территории Российской Федерации товаров, вышеупомянутых работ и оказанных услуг (подпункт “а” пункта 1 статьи 3 Закона).

Из статьи 7 Закона следует, что налог на добавленную стоимость является косвенным налогом (налогом на потребление): реализация товаров (работ, услуг) организацией производится по ценам (тарифам), увеличенным на сумму налога на добавленную стоимость (далее — НДС), при этом в расчетных документах на реализуемые товары (работы, услуги) сумма налога указывается отдельной строкой. Сумма НДС, подлежащая взносу в бюджет, определяется как разница между суммами налога, полученного от покупателей за реализованные поставщиком товары (работы, услуги), и суммами налога, фактически уплаченными поставщикам за поступившие (принятые к учету) материальные ресурсы (работы, услуги), стоимость которых не относится на издержки производства и обращения.

В обороте по реализации товаров (работ, услуг) действуют две стороны: продавец (поставщик) и покупатель (получатель). При продаже товара (работ, услуг) продавец увеличивает его стоимость на сумму НДС, покупатель уплачивает ему стоимость товара плюс НДС, после чего продавец вносит НДС в бюджет.

Лицо, получающее какой-либо товар (работу, услугу), не может считаться плательщиком НДС, поскольку оно при заключении договора не реализует товар, а приобретает определенный актив. Лицом, которое непосредственно уплачивает НДС, является продавец товара, работ, услуг, но при этом объектом НДС является именно “оборот”.

Льгота для авторских прав

Статья 5 закона об НДС предусматривает около 50 случаев освобождения от НДС. Подпункт “к” пункта 1 статьи 5 закона об НДС (он действует в редакции Закона от 22 декабря 1992 года) устанавливает, что

“от налога на добавленную стоимость освобождаются …патентно-лицензионные операции (кроме посреднических), связанные с объектами промышленной собственности, а также получение авторских прав”.

Та часть этой нормы, которая устанавливает освобождение от НДС “получение авторских прав”, и является предметом дальнейшего рассмотрения.

Нельзя не признать, что эта норма, освобождающая от уплаты НДС “получение” авторских прав, сформулирована неясно. Конечно, “получение авторских прав” является частью операции по передаче одним лицом и получению другим лицом авторских прав. Вот здесь и возникает вопрос: освобождается ли от уплаты НДС вся эта операция по передаче и получению авторских прав целиком, или же льгота по НДС относится лишь к части этой операции?

Вполне понятно, что любая льгота по уплате налога влечет уменьшение собираемых налогов, в то время как все государственные финансовые и налоговые органы заинтересованы в увеличении собираемости налогов. Вот почему, вполне естественно, все государственные финансовые и налоговые службы стараются как можно более сузить сферы применения налоговых льгот.

Именно это и происходило при толковании рассматриваемой льготы. “Узкое” толкование было дано в огромном числе писем Государственных налоговых инспекций (ГНИ), государственной налоговой службой (ГНС): письмо ГНИ по г. Москве от 24 ноября 1994 года № 11-13/15142, письмо ГНИ РФ от 22 мая 1996 года № 03-4-09/21, письмо ГНС РФ от 24 июня 1996 года № 03-04-09/35, письмо ГНИ по Московской области от 26 июня 1997 года № 06-01/1330, письмо ГНИ по г. Москве от 11 марта 1998 года № 30-08/5991 и др. В ответе на запрос, поступивший от Национальной ассоциации телевещателей, ОАО “ОРТ”, ВГТРК и ОАО “Телекомпания НТВ”, в письме от 16 ноября 1998 года № ВГ-1-03/1712, подготовленном по поручению Правительства РФ, ГНС РФ сообщила:

“Получение авторского права в соответствии с подпунктом “к” пункта 1 статьи 5 Закона РФ об НДС …освобождается от НДС.

Таким образом, указанная льгота не относится к средствам, получаемым обладателем авторских прав в качестве вознаграждения за передачу по договорам другим юридическим и физическим лицам полностью или частично имущественных прав на их использование, что является принципиальной позицией ГНС РФ в толковании законодательства при решении рассматриваемого вопроса, полностью поддерживаемой Министерством финансов РФ.

В связи с изложенным, поскольку передача имущественных авторских прав на их использование обусловлена получением передающей стороной дополнительных доходов, стоимостные обороты, возникающие при передаче и использовании этих имущественных авторских прав, подлежат обложению налогом на добавленную стоимость в общеустановленном порядке”.

Конечно, высказывалось и иное, широкое толкование данной нормы. Еще в 1995 году в ответ на запрос одной организации, обслуживающей СМИ, кафедра права Российской экономической академии им. Г. В. Плеханова высказала аргументированное мнение о том, что данная норма освобождает от уплаты НДС обороты, относящиеся к авторским правам. Эта же точка зрения была позже высказана автором настоящей статьи в открытой печати (газета “Налоги”, 1995 г., №20, с.5), где отстаивалась мысль о том, что никак иначе толковать эту норму нельзя.

Эти научные аргументы не поколебали позиции ГНС РФ и подчиненных ей ГНИ, которые продолжали, так сказать, “гнуть свою линию”.

Дело ЗАО “Конфетти”

ЗАО “Конфетти” приобрело авторские права на телевизионный показ телесериала “Династия”. Фильмы были приобретены в английском варианте. ЗАО “Конфетти” наняло по трудовым договорам группу переводчиков и создало русский вариант этих фильмов. После этого ЗАО “Конфетти” продало ОАО “Московская телевизионная компания” право использования авторского литературного перевода телесериала “Династия”.

Полагая, что полученная по этому договору сумма не облагается НДС, ЗАО “Конфетти” не включило ее в III квартале 1995 года в налогооблагаемый оборот, то есть не уплатило с этой суммы НДС.

ГНИ № 18 Восточного административного округа г. Москвы решением от 03.06.1996 года обязало ЗАО “Конфетти” уплатить НДС, а кроме этого — штраф (в размере 100% суммы НДС) и пени за задержку уплаты налога.

ГНИ г. Москвы поддержала это решение, после чего ЗАО “Конфетти” предъявило иск в Арбитражный суд г. Москвы о признании недействительным решения ГНИ № 18.

Три инстанции Арбитражного суда

ЗАО “Конфетти” и его представитель (автор настоящей статьи) хорошо понимали, что судиться с государством — вещь очень сложная и трудная, чем-то напоминающая плевки при сильном встречном ветре. Мы, конечно, знали и то, что при наличии сомнений закон будет толковаться в пользу государства. Более того, это последнее правило представляется мне справедливым. Но в данном случае ЗАО “Конфетти” было убеждено, что никаких сомнений в том, как толковать эту норму, нет и быть не может.

И надо сказать, что в первых трех инстанциях Арбитражного суда, где рассматривалось это дело, все девять (!) судей пришли к единодушному мнению: в данном случае ЗАО “Конфетти” не обязано было уплачивать НДС.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 1 октября 1996 года решение ГНИ № 18 было признано недействительным.

Постановлением апелляционной инстанции Арбитражного суда г. Москвы от 2 декабря 1996 года первоначальное решение Арбитражного суда было оставлено без изменения.

Наконец, 29 января 1997 года Федеральный Арбитражный суд Московского округа вынес постановление, которым кассационная жалоба ГНИ № 18 была отклонена, а предшествующие судебные решения оставлены в силе.

Таким образом, первая, апелляционная и кассационная инстанции поддержали позицию ЗАО “Конфетти”.

В постановлении апелляционной инстанции, в частности, указывалось:

“Норма подпункта “к” “является достаточным основанием для того, чтобы освободить денежные суммы, представляющие собой оборот авторских прав на использование произведений, от уплаты НДС…

В рассматриваемом случае денежные суммы, полученные от договорного партнера за приобретение последним авторских прав, — это и есть “обороты” товара, в данном случае авторских прав. Нельзя считать, что рассматриваемая льгота касается [только] покупателей авторских прав, ибо это будет означать, что данная норма вообще не имеет никакого смысла и никогда не найдет практического применения”.

Далее тот же суд отметил:

“Нельзя согласиться с утверждением ответчика о том, что истец не может быть обладателем исключительного авторского права. Понятия “автор произведения” и “обладатель исключительных авторских прав на произведения” являются разными… Юридическое лицо не может быть автором произведения, но оно может выступать в качестве обладателя прав на использование авторского произведения”.

Интерес представляет также следующее место из постановления суда кассационной инстанции: “Если исходить из буквального толкования данной льготы, как полагает заявитель [ГНИ № 18], имея в виду, что юридическое лицо не является автором в силу Закона РФ “Об авторском праве и смежных правах”, предоставление указанной льготы законодателем юридическому лицу лишается смысла, что не может иметь места в системе действующего законодательства”.

Таким образом, решение Арбитражного суда г. Москвы, вынесенное 1 октября 1996 года и сразу же вступившее в силу, было подтверждено двумя вышестоящими инстанциями.

Но ГНИ № 18 г. Москвы, вероятно, будучи недовольным таким исходом дела, подала заявление в Высший Арбитражный Суд РФ в порядке надзора. И это заявление возымело действие.

Вмешательство Высшего Арбитражного суда РФ

Высший Арбитражный суд РФ (ВАС) может пересмотреть любое дело в порядке надзора. Правда, он редко это делает: подавляющее число ходатайств о пересмотре он отклоняет.

Лишь в немногочисленных случаях заместитель Председателя ВАС (а иногда — сам Председатель ВАС) подготавливают протест о пересмотре дела и вносят его на рассмотрение Президиума ВАС. Президиум ВАС — коллегиальный орган (в него входит около полутора десятков судей), который утверждает внесенный протест, но может и отклонить его (такое имеет место примерно в 8% случаев). Протест на Президиум ВАС может внести также и Генеральный Прокурор РФ или его заместитель.

В рассматриваемом нами деле протест был принесен 1 июля 1997 года заместителем Председателя ВАС.

Копия протеста была направлена в соответствии с законом лицам, участвовавшим в деле. В протесте предлагалось все ранее вынесенные решения по делу отменить, в иске отказать, что означало: в данном случае НДС подлежал уплате. И тогда ЗАО “Конфетти” решило вести борьбу и попытаться доказать судьям ВАС, что протест не имеет правового основания.

Эта борьба — я не побоюсь назвать ее отважной и героической, ибо она велась небольшим юридическим лицом, насчитывающим около десяти работников, с опытными судьями высшего арбитражного форума страны — длилась десять месяцев и девятнадцать дней. В ходе этой борьбы первоначальные мотивы протеста были изменены; по сути дела 25 февраля 1998 года первоначальный протест был отозван и заменен новым протестом. Президиум ВАС дважды рассматривал этот вопрос и не смог вынести по нему решения.

Но — “сила солому ломит” — и 19 мая 1998 года Президиум ВАС при третьем рассмотрении протеста удовлетворил принесенный протест и вынес постановление № 2190/97 (Вестник ВАС, 1998, №8, с.6).

Само постановление довольно обширно, но его обоснование, его мотивы уместились в одном абзаце, состоящем из двух фраз:

“Подпунктом “к” пункта 1 статьи 5 вышеупомянутого Закона от налога на добавленную стоимость освобождается получение авторских прав, а не их передача. Таким образом, применение указанной льготы к денежным средствам, поступившим в связи с расчетами по оплате переданного (реализованного) авторского права, законодательством не предусмотрено”.

Постановление Президиума ВАС поставило точку в рассмотрении данного спора в системе арбитражного суда: такое постановление практически не подлежит пересмотру.

Перенос спора в Конституционный Суд Российской Федерации

ЗАО “Конфетти” решило добиваться пересмотра принятого решения в других судебных форумах.

Постепенно возникло и окрепло соображение о том, чтобы добиваться пересмотра постановления Президиума ВАС в Конституционном Суде Российской Федерации (далее — КС).

Известно, что КС рассматривает только строго ограниченные категории дел. Эти категории указаны в статье 125 Конституции Российской Федерации. К данному случаю, по нашему мнению, ближе всего подходила норма, содержащаяся в пункте 4 статьи 125 Конституции: КС по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле.

Для того, чтобы применить эту норму к нашему случаю, требовалось доказать, во-первых, что обязание уплаты НДС в данном случае явилось нарушением именно конституционной нормы, и, во-вторых, что это нарушило права именно граждан.

Эти два обстоятельства были нами обоснованы. Статья 57 Конституции устанавливает, что “каждый обязан платить законно установленные налоги”. Следовательно, если налог установлен незаконно, то есть не в соответствии с Законом об НДС, то взимание такого налога нарушает конституционные права.

Далее, взимание налога с юридического лица — закрытого акционерного общества — затрагивает права акционеров этого общества — граждан; следовательно, взимание НДС в этом случае нарушает права граждан.

В этом и состоял основной смысл жалобы, которую ЗАО “Конфетти” подало в КС.

Теперь, когда мы возвращаемся к пройденному пути, все кажется простым и ясным. Но на самом деле на составление жалобы ушло несколько месяцев.

А затем начался новый этап: КС вначале отказывался принимать эту жалобу к рассмотрению, и пришлось убеждать аппарат КС, что мы поднимаем не вопрос о пересмотре нашего конкретного дела, а вопрос о толковании нормы налогового законодательства. При этом мы знали и учитывали, что в соответствии со статьей 3 Федерального конституционного закона “О Конституционном Суде Российской Федерации”, принятого Государственной Думой 24 июня 1994 года и одобренного Советом Федерации 12 июля 1994 года, КС “решает исключительно вопросы права” и “воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов”.

Несколько месяцев КС не принимал нашу жалобу к рассмотрению. В порыве отчаяния ЗАО “Конфетти” обращалось к солидным юридическим фирмам с просьбой помочь при рассмотрении этого дела в КС, те соглашались взяться за это дело, конечно, без каких-либо гарантий относительно результата рассмотрения, но соглашение не состоялось, хотя за эту работу с нас потребовали “всего” 60 000 неких иностранных денежных единиц.

Наконец, КС убедился, что в этом деле есть общая правовая проблема, принял жалобу к рассмотрению — это было весной 1999 года, — после чего нам сообщили, что очередь до нашей жалобы вероятнее всего дойдет весной 2000 года. Неожиданно, уже в январе 2000 года КС запросил у ЗАО “Конфетти” дополнительные материалы по делу и было объявлено, что жалоба будет рассматриваться 14 февраля 2000 года. В этот день слушание дела действительно состоялось, оно продолжалось пять часов (с двумя перерывами), дело слушали 8 судей КС. По окончании слушания никакого решения, как обычно, объявлено не было: КС сразу не объявляет даже резолютивной части решения.

Решения КС “провозглашаются”, причем полностью на особом, следующем заседании суда, которое обычно происходит через две недели после слушания дела. Решения КС, выносимые по существу вопроса, именуются постановлениями; если же КС по тем или иным причинам не рассматривает жалобу по существу (например, если вопрос уже рассматривался ранее по другой жалобе или если вопрос не подлежит рассмотрению в КС), то решение выносится в форме определения.

Постановление КС по жалобе “Конфетти” было провозглашено через 44 (!) дня после слушания дела — 28 марта 2000 года. По моему мнению, КС долго обсуждал поставленный вопрос потому, что данное судом решение (а это решение с юридической точки зрения является единственно верным) затрагивает интересы государственного бюджета.

Постановление Конституционного суда

Несмотря на то, что само постановление КС по делу “Конфетти” является довольно объемным (председательствующий судья КС зачитывал его ровно 40 минут), резолютивная часть этого решения проста и понятна.

Суд постановил, что сложившееся в правоприменительной практике толкование положения подпункта “к” пункта 1 статьи 5 Закона об НДС, согласно которому от НДС освобождается получение авторских прав, а сам оборот в виде вознаграждения, получаемого обладателем имущественных авторских прав от их приобретателя по авторскому договору, облагается налогом на добавленную стоимость, не соответствует статьям 19 и 57 Конституции РФ.

Конституционный суд признал соответствующим Конституции РФ иное толкование подпункта “к” пункта 1 статьи 5 закона об НДС: “оно означает освобождение от НДС оборотов в виде вознаграждения, получаемого обладателем имущественных авторских прав на использование произведения от их приобретателя по авторскому договору”.

Далее КС подчеркнул, что выявленный им конституционно-правовой смысл данного положения закона об НДС “является общеобязательным и исключает любое иное его истолкование в правоприменительной практике”.

Что касается дела ЗАО “Конфетти”, то оно “подлежит пересмотру в установленном законом порядке, если основанием вынесенных по нему решений явилось положение подпункта “к” пункта 1 статьи 5 закона РФ об НДС… поскольку оно признано …не соответствующим Конституции РФ”.

Ссылаясь на рассмотренное выше Постановление КС от 28 марта 2000 года, ЗАО “Конфетти” 21 апреля 2000 года направило в Высший Арбитражный суд РФ ходатайство о пересмотре дела в связи с вновь открывшимися обстоятельствами.

“Подводные камни” в постановлении КС

Резолютивная часть Постановления КС является ясной и понятной. Однако, мотивировочная часть этого Постановления, а именно ее пункты 6 и 9, по моему глубокому убеждению, вызовут практические споры. Прежде чем перейти к их рассмотрению, отмечу, что затронутые в пунктах 6 и 9 мотивировочной части вопросы во время слушания дела в КС не поднимались и не обсуждались.

В пункте 6 мотивировочной части Постановления КС делается вывод о том, что рассматриваемая налоговая льгота “не распространяется на обороты, возникающие из отношений лица, получившего имущественные авторские права от их обладателя, с иными лицами, то есть в результате последующего использования произведения получателем не по авторскому договору (например, воспроизведение произведения, его распространение, публичный показ), а именно совершения им действий, в результате которых к произведению получают доступ иные лица”.

В пункте 9 мотивировочной части эта же мысль повторена аналогичным образом.

Из пунктов 6 и 9 мотивировочной части Постановления КС следует, что существуют какие-то не авторские договоры, которые, тем не менее, опосредствуют обороты авторских прав. В результате этих договоров к произведению получают доступ другие лица. Участниками таких договоров являются, с одной стороны, лицо, получившее имущественные авторские права от обладателя авторских прав, а, с другой стороны, иные лица. Эти договоры опосредствуют последующее использование произведения.

Из Постановления КС невозможно понять, на каких нормах права основываются все эти “новеллы”.

Совершенно очевидно, что КС стремился к тому, чтобы сузить применение рассматриваемой налоговой льготы. Вместе с тем, совершенно очевидно и то, что учение о наличии неавторских договоров, содержанием которых являются действия по передаче авторских прав, на законе не основано, ибо любой договор, устанавливающий передачу авторских прав, является авторским.

Можно надеяться на то, что Конституционный суд РФ разъяснит свою позицию по этому вопросу.

Заключение

Постановление КС от 28 марта 2000 года по делу ЗАО “Конфетти” открывает всем пользователям авторскими правами возможность применять налоговую льготу: не платить НДС при купле-продаже авторских прав.