В. В. Орехов. Социальное планирование и вопросы борьбы с преступностью. Изд-во ЛГУ, 1972. 136 с. :
[Рецензия] /
С. А. Молодцов, В. В. Труфанов, Д. П. Котов.

КРИМИНОЛОГИЯ И ПЛАНЫ СОЦИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ

В. В. ОРЕХОВ. СОЦИАЛЬНОЕ ПЛАНИРОВАНИЕ И ВОПРОСЫ БОРЬБЫ С ПРЕСТУПНОСТЬЮ

Изд. ЛГУ, 1972, 136 стр.

Социальное планирование получает в настоящее время широкое распространение. К разработке и внедрению планов социального развития приступили не только отдель­ные предприятия, но и отрасли в целом, административно-территориальные общности

Разработка и внедрение научно обоснованных планов социального развития тес­нейшим образом связаны с планированием борьбы с преступностью (как частью меро­приятий по социальному планированию в целом). Этим вопросам и посвящена рецен­зируемая монография. В ней предпринята попытка раскрыть сущность преступности и ее причины, показать роль и значение социального планирования в социальных общ­ностях различного уровня для постепенной ликвидации преступности в нашей стране

В гл. I дано определение преступности. С точки зрения автора, это — общественное явление, выражающееся в социально обусловленном отклонении поведения от дельных членов общества от норм, установленных уголовным законом (стр. 9—10)

Анализируя социальную природу причин преступности, В. В. Орехов справедливо указывает, что биологические или психологические факторы могут влиять лишь на совершение конкретного преступления. Во-первых, имеется принципиальное различие ме­жду преступностью как массовым явлением и единичным преступным актом. Во-вторых, «в генетических кодах человека, как утверждает современная биология, не существует каких-либо прирожденных программ социального или антисоциального поведения чело века, а, стало быть, и наследственных признаков преступности» (стр. 17).

Этой точки зрения, действительно, придерживаются многие советские биологи. Но автору следовало бы высказать свое отношение и к позиции тех советских гене­тиков (в частности, акад. Б. Л. Асатурова, проф. В. П. Эфроимсона и др.), которые подчеркивают врожденный характер некоторых социально-положительных черт (на­пример, альтруизма) современного человека. При объяснении социальных явлений нужно исходить не из формулы «и наследственность и среда», а из положения «...или наследственность, или среда».1

В монографии убедительно доказано, что в социалистическом обществе сохраняются социальные причины преступности. Последние нельзя сводить к пережиткам прош­лого или пережиткам капитализма в сознании людей. «Чтобы обнаружить основные причины преступности, следует отправной точкой зрения избрать социально-экономическую структуру общества, исследовать те связи и отношения, которые воспроизводят социальную структуру, а вместе с тем и преступность. Для социалистического общества это будут те связи и отношения, которые не являются собственным его приобретением, а достались ему в наследство от прошлых общественно-экономических формаций» (стр. 21).

В гл. II автор подчеркивает, что методологическим требованием социального планирования борьбы с преступностью является уяснение сущности социальных явле­ний, познание законов общественного развития. Без учета общих закономерностей план теряет свое стратегическое назначение. В то ж; время важнейшей предпосылкой раз­работки такого плана должно быть изучение специфических «факторов исторического процесса», действующих в данном производственном коллективе (стр. 26—31). В связи с этим автором сделана попытка уяснить цели социального планирования борьбы с преступностью в различных социальных системах, в частности, на уровне производст­венного и районного планирования (стр. 33—39).

В. В. Орехов рассматривает план социального развития как необходимый мо­мент в осуществлении управленческой деятельности Советского государства. Он счи­тает, что «сущность социального управления преступностью состоит в упорядочении системы поведения отдельных лиц, приведении этой системы в соответствие с требо­ваниями постепенного искоренения преступности» (стр. 45).

Однако территориальная ограниченность масштабов исследования (предприятие, район) позволяет усомниться в правомерности механического перенесения выводов данного социологического исследования на более крупные административные едини­цы. Думается поэтому, что данная в книге схема социального планирования борьбы с преступностью представляет ценность лишь чисто теоретически.

В гл. III автором предложена оригинальная программа изучения правонарушений на промышленном предприятии и преступности в районе, показана роль научных ги­потез при составлении и реализации указанной программы.

В частности, большое внимание уделено методике сбора и анализа информации в криминологическом исследовании. Подробно анализируются методы, применяемые лабораторией юридических исследований НИИКСИ ЛГУ при разработке криминологи­ческих разделов плана социального развития (стр. 60—73).

В гл. IV говорится о роли социально-экономических факторов предупреждения преступности. Автором справедливо подчеркивается порочность буржуазной теории факторов, рекомендуется при определении факторов, влияющих на преступность, вы­делять главные, акцентировать внимание на их взаимосвязи и взаимодействии.

Серьезное внимание в монографии уделено роли идеологических (культурно-вос­питательных) факторов в предупреждении преступности; показано значение идеологи­ческой работы для улучшения семейного и школьного воспитания, влияние на воспита­ние человека системы средств массовой коммуникации и правовой пропаганды (стр. 78—92). Несомненный интерес представляет § 3 главы, посвященный социально-психо­логическому «климату» в коллективе как фактору предупреждения преступности.

В гл. V дан критический анализ современных англо-американских криминологи­ческих концепций социологического направления и программ предупреждения преступ­ности в США и Англии. В. В. Орехов справедливо указывает: «...общая ограничен­ность буржуазных социологических концепций не снимает того положительного, с на­шей точки зрения, момента, что ряду буржуазных криминологов удалось обнаружить внутренние диспропорции и антагонизм в социальной организации капиталистической системы, обнаружить проявление внутренней „саморазорванности" буржуазного обще­ства» (стр. 116).

Хотелось бы надеяться, что идеи, высказанные в монографии, получат развитие и дальнейших исследованиях автора.

                                                                                         С. А. Молодцов, В. В. Труфанов,

                                                                                               кандидаты юридических наук

                                                                                                      Д. П. Котов

1  См., например:  “Новый мир”, 1971, N 11.