При переходе России к рыночной экономике актуальным становится вопрос о дальнейшем совершенствовании норм алиментного законодательства республики, в частности, о размере алиментов на содержание несовершеннолетних детей:

Размер алиментов, подлежащих взысканию с родителей на содержание их несовершеннолетних детей, регулируется императивными нормами и определяется в долевом отношении к заработку, доходу родителей, а также зависит от количества детей. Так, согласно ч. 1 ст. 68 КоБС алименты на несовершеннолетних детей с их родителей взыскиваются в размере: на одного ребенка — одной четверти, на двух детей — одной трети, на трех и более детей — половины заработка (дохода) родителей.

Такое соотношение алиментов к заработку было установлено более полувека назад Постановлением ЦИК и СНК СССР от 27 июня 1936 г.¹ Оно было полностью перенесено в ст. 22 Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье, принятых 27 июня 1968 г.,² а затем воспроизведено в КоБС РСФСР³ и семейных кодексах других бывших союзных республик, поскольку какая-либо инициатива или самостоятельность их в данном вопросе исключались, что особо оговаривалось в ст. 8 Закона СССР об утверждении Основ: «Поручить Верховным Советам союзных республик привести законодательство союзных республик в соответствие с Основами законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье».

Эти старые нормы и сейчас регламентируют материальное обеспечение большинства детей, многие из которых не получают должного содержания. Например, к 1991 г. по стране «гуляло» 7 млн исполнительных листов о принудительном удержании алиментов.⁴

Отклонения от установленных нормативов алиментов в принципе не допускались. Лишь в последнее время и опять же па общесоюзном уровне был внесен ряд изменений, которые получили свое закрепление в ч. 2 ст. 68 КоБС.

В юридической науке считалось, что правило о взыскании алиментов в определенной доле к заработку (доходу) одного из родителей целиком себя оправдало: оно позволяло не только удовлетворить потребности ребенка, но и сохранить тот уровень обеспеченности, который бы имел место при нормальных отношениях родителей, а также избавляло последних от необходимости многократно обращаться в суд с просьбой увеличить или уменьшить размер алиментов в связи с изменением заработка. Иной же порядок повлек бы за собой повторное поступление в суд большого количества дел.⁵

На практике же это правило выглядит совсем по-иному. Если на одного ребенка один супруг получает 25% заработка другого супруга, то на второго дополнительно — 8, а на третьего — 17%. Можно согласиться, что расходы на первого ребенка несколько больше, чем на второго, но не в три раза! И уж на второго-то никак не меньше, чем на третьего. Очевидно, при установлении такой шкалы законодатель исходил прежде всего из требований простоты, доступности. Действительно, как просто: четверть, треть, половина... А расчеты показывают, что рождение первого ребенка, как правило, уменьшает средний совокупный доход семьи на 33%, второго — еще на 26, третьего — на 20, четвертого — на 16%.⁶

В то же время суд максимально облегчил себе процедуру взыскания алиментов; назначил определенный процент плательщику, а там хоть трава не расти: изменения абсолютного размера алиментов в дальнейшем происходят автоматически. Таким образом, алиментные дела были отнесены к числу элементарных.

Еще и 70-х годах были высказаны суждения о необходимости совершенствования действующего законодательства об алиментах па детей.⁷ Однако в юридической литературе отсутствуют специальные исследования по этому вопросу. До сих пор некоторые ученые настойчиво пытаются доказать, что взыскание алиментов в долях к зарплате родителей имеет целью наиболее полно защитить интересы детей.⁸ Оптимистические заверения отдельных авторов весьма далеки от реальной жизни.

Существующая система определения размера алиментов сложилась давно, когда зарплата в 120 руб. считалась вполне приличной, и четверть этой суммы, да плюс еще заработок родителя, оставшегося с ребенком, давали растущему человеку прожиточный минимум. Теперь материальный достаток общества заметно изменился.⁹

В современных условиях, когда укрепляются рыночная экономика, предпринимательство, индивидуальная трудовая деятельность, подход к исчислению алиментов на детей в процентах становится архаичным. К тому же он даст возможность недобросовестным плательщикам алиментов обойти закон, порождает у них стремление уменьшить реальное наполнение «процента» и беспрепятственно ухудшить таким образом материальное положение ребенка (оформление фиктивных разводов со вторым супругом и получение алиментов на общих с ним детей, переход на нижеоплачиваемую работу, сокрытие работы по совместительству, по договорам подряда и т. д.). Подобная позиция законодателя часто сдерживает творческую деятельность лиц, обязанных уплачивать алименты.

В настоящее время сама жизнь подсказывает необходимость совершенствования алиментного законодательства. Пора в семейном законодательстве России изменить порядок определения судом размера алиментов на детей и назначать его в твердой денежной сумме, исходя из материального положения сторон.

Здесь полезным будет обратиться к опыту других стран, где размер алиментов определяется в каждом конкретном случае в зависимости от материальных возможностей одного из родителей и потребностей ребенка. Так, в ст. 135 Семейного и опекунского кодекса Польши сказано: «Объем алиментной обязанности зависит от обоснованных потребностей управомоченного, а также от возможностей обязанного лица». В странах с развитой системой экономических отношений (Англия, ФРГ, Испания, Франция) существует судебная практика определения размера алиментов с учетом материального положения сторон.¹⁰ Кстати, подобная форма действовала и в СССР с 1926 по 1936 г.

Сейчас КоБС (ст. 71), в виде исключения из общего правила, допускает взыскание алиментов в твердой денежной сумме, но лишь по просьбе истца и только в тех случаях, когда взыскание их в долевом отношении к заработку родителя невозможно или затруднительно.

В других случаях, даже по требованию одного из родителей — истца, суд не вправе присудить алименты в твердой денежной сумме. К примеру, суд удовлетворил иск Ф. о взыскании с П. алиментов на содержание дочери в твердой сумме — 55 руб. ежемесячно в связи с тем, что ответчик уклоняется от уплаты. Это решение было отменено как необоснованное, поскольку взыскание алиментов в твердой денежной сумме по мотиву уклонения одного из родителей от уплаты законом не предусмотрено.¹¹ Пусть алименты на ребенка продолжают поступать нерегулярно и в мизерных суммах, зато торжествует «процент»!

При этом судам строго предписывалось особо рассматривать иски об алиментах в твердой сумме: если алименты были первоначально присуждены в процентах, а затем взыскатель просит определить их в твердой денежной сумме, то соответствующее заявление рассматривается в исковом производстве, а не по правилам изменения способа и порядка исполнения решения.¹²

Надо отметить, что критерий определения алиментов в твердой сумме частично — в виде установления минимальной гарантированной суммы — получил законодательное признание: в 1986 г. в ч. 1 ст. 68 КоБС внесено дополнение о том, что в процентах алименты должны быть не менее 20 руб. в месяц на каждого ребенка.¹³ Так что какой-то опыт законодательной и судебной практики определения алиментов в твердой денежной сумме в России все же имеется.

Как же определять размер алиментов с учетом материального положения родителей и потребностей ребенка при переходе ко взысканию их в твердой денежной сумме?

Предварительно надо установить минимальный и максимальный размеры алиментов. Ранее принятый минимальный размер суммы алиментов стал уже символическим и нуждается в радикальной корректировке. Нужны и ограничения в чрезмерных размерах алиментов — целесообразно установить их максимальный размер.¹⁴ Ориентирами в этом могли бы стать: для низшего предела прожиточный минимум, а для высшего — минимальная заработная плата по республике. И в рамках таких пределов будут учитываться заработок, доходы, материальное положение супруга-плательщика. Причем необходимо учитывать доходы и того супруга, с которым остается ребенок. И если этот супруг относится к высокооплачиваемой категории работников, то достаточно ограничить алименты определенной суммой, а если к низкооплачиваемой — сумму увеличить. Должны приниматься во внимание и заботы родителей по уходу за детьми, как это сделано, например, в Болгарии.¹⁵

При учете потребностей ребенка следует исходить из средних расходов на его содержание, рода трудовых занятий, к которым он готовится, а также учитывать его возраст — на содержание ребенка в возрасте до семи лет требуется меньше средств, чем на содержание ребенка более старшего возраста, и существенно возрастают расходы па детей в возрасте от 14 до 18 лет.

В итоге можно предложить следующие изменения в семейном законодательстве: во-первых, текст ст. 68 КоБС заменить, сформулировав его примерно так: «Алименты на содержание несовершеннолетних детей с их родителей взыскиваются в твердой денежной сумме с учетом материального положения родителей и потребностей ребенка». Одновременно в этой статье указать минимальный и максимальный размер алиментов; во-вторых, ст. 71 КоБС исключить; в-третьих, в ст. 70 КоБС предусмотреть, что конкретное определение размера алиментов на детей в твердой денежной сумме производится судом в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

По законодательству России родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей до достижения ими совершеннолетия, т. е. до 18-летнего возраста, независимо от того, продолжает ли ребенок учиться после этого в каком-либо учебном заведении. А вот семейное законодательство некоторых других стран прямо учитывает учебу детей после достижения ими совершеннолетия как фактор для продолжения взыскания алиментов. Например, Закон о семье Чехословакии предусматривает, что учеба в школе, вузе у многих детей еще не завершается к моменту достижения ими совершеннолетия, поэтому алиментная обязанность родителей существует до тех пор, пока дети не будут в состоянии сами содержать себя (§ 85, п. 1). Семейный кодекс Болгарии обязывает родителей оказывать материальную поддержку совершеннолетним детям, окончившим школу, но продолжающим свое образование (ст. 88, абз. 2): в средних учебных заведениях — до 20-летнего возраста, а при учебе в вузах — до 25 лет.¹⁶

Сейчас пенсионным законодательством России закреплено право тех детей, которые учатся, на получение пенсии по случаю потери кормильца до окончания профессионального обучения в очных учебных заведениях, но не более чем до 23 лет (ст. 51 Закона РСФСР от 20 ноября 1990 г. «О государственных пенсиях в РСФСР»¹⁷). Следовательно, государство приняло на себя обязанность вместо родителей предоставлять материальную поддержку детям при учебе после достижения ими совершеннолетия.

По нашему мнению, на родителей тоже должна быть возложена обязанность материально помогать своим детям при их учебе и после достижения совершеннолетия.

Тут надо учесть и нормы действующего законодательства: семейный кодекс России обязывает родителей заботиться об обучении своих детей (ст. 52) и в свою очередь предоставляет родителям право на получение помощи и содержания от тех же детей (ст. 77).

Поэтому вполне логичным и справедливым будет ввести в семейный кодекс специальную правовую норму о продлении взыскания алиментов на детей при их учебе после достижения совершеннолетия. Примерная редакция данной нормы может быть такой: «Взыскание алиментов на содержание совершеннолетних детей, которые учатся, продолжается до окончания ими профессионального обучения в очных учебных заведениях, но не более чем до достижения ими 23-летнего возраста». Тем самым будет достигнута унификация норм пенсионного и семейного законодательства в части материального обеспечения юношей и девушек при осуществлении ими своего права на образование.

Реализация предлагаемых изменений и дополнений в семейном законодательстве полнее и конкретнее обеспечит защиту пpaв и законных интересов детей, значительно повысит ответственность родителей за воспитание подрастающего поколения.

* Кандидат юридических паук, доцент Черниговского педагогического института им. Т. Г. Шевченко.

** Кандидат юридических наук, доцент Черниговского педагогического института им. Т. Г. Шевченко.

¹ СЗ СССР. 1936. № 34. Ст. 309.

2 Ведомости Верховного Совета СССР. 1968. № 27. Ст. 241.